❖
Пишите, пожалуйста, отзывы, это ведь стимул работать дальше! Как хотите: реблогом, личным сообщением, на фс, на некто.ме или в комментарии. Я люблю вас, котики :3
-1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11-12-13-14-15-16-17-18-19-20-21-22-23-
Приятного чтения :)
Глава 27.
\Флэшбэк\ От лица Зейна\
Я поднимался по лестнице чудесного дома, в небесно-голубых оттенках, в котором меня ждала моя солнечная принцесса. Я был взволнован. Так было всегда, когда я видел ее, когда думал о ней, когда прикасался к ее нежной коже, которая покрывалась мурашками от моих прикосновений. Я знал, что ее тело «любит» меня, что оно помнит чуть ли не каждое мое теплое прикосновение. Оно жаждет продолжения, жаждет тепла с каждым разом все больше и больше. Было ощущение, что Мария хочет впитать в себя как можно больше света и тепла, как будто она в нем нуждалась. Как будто это было жизненно важно и необходимо для нее. Я не понимал этого, потому что для меня она была дитем Солнца, пропитанная им полностью: с ног до головы. Но я был рад отдавать ей каждый день что-то от себя. Если бы было можно – я бы подарил ей весь мир. Да, вот так слащаво и в духе американской мелодрамы. Но это то, что я действительно чувствовал по отношению к Марии. И никто и ничто не могли вырвать это из моего сердца.
Я взглянул на дверь, обводя ее взглядом. Глубоко вздохнул, предвкушая встречу с ней. Каждая встреча – как в первый раз. И мне это нравилось. И ей тоже. Мы как бы познавали друг друга все с новых сторон. Каждый день приносил свежесть и любовь в наши сердца. Я толкнул дверь, отметив про себя, что она как всегда ее никогда не закрывает. Я всегда ругал ее за это, потому что открытая дверь не сулила ничего хорошего. А если бы кто-то вошел? Кто-то чужой? А меня не было бы рядом? Я каждый раз все с новым рвением пытался объяснить ей, что нельзя быть настолько невинной и доброй к людям, нельзя настолько доверять этому миру. Просто нельзя. В ответ на мои слова она только улыбалась уголками своих губ и крепко обнимала меня. Хоть с виду она была чиста, как ангел, в такие моменты она, чертовка, знала, как обезоружить меня.
Я прошел внутрь, вдыхая знакомый аромат лаванды, которая так мягко окутывала мое тело, немного затуманивая рассудок. На какое-то мгновение тебе могло спокойно показаться, что ты не в городе, а в поле, полностью усыпанном этими душистыми растениями.
На цыпочках я, как будто боясь спугнуть кого-то, прошел к гостиной комнате и заглянул в нее. Мария сидела неподвижно на самом краешке дивана и что-то читала, какой-то листок. Это было на нее не похоже, потому что она не могла усидеть на месте; Мари, когда читала книгу, любила закинуть ноги на перила или же спинку дивана, могла лежать вверх ногами, ссылаясь на то, что ей так удобнее. А я? Я только глупо улыбался, смотря на ее действия. Это было странно. Да, много вещей в этой девочке были странными, некоторые люди могли бы даже назвать ее сумасшедшей, покрутить пальцем у виска, но только не я. Я любил ее такой, какой она была. Я любил ее со всеми этими странными и не очень привычками делать что-то по-особенному.
«Если не по-особенному, то как? То зачем?» - Любила частенько говорить она. Уникальность ее взглядов на мир, на каждое действие… Я любил именно это в ней больше всего – непохожесть ни на что на этом свете.
Я не видел ее лица, его скрывали ее густые волосы, но по напряженности спины я сразу понял: что-то не так. Казалось, что воздух наэлектризован, комната наполнена не светом, как было до этого, а чем-то темным.
Я сделал шаг в ее сторону, она услышала меня и резко повернулась ко мне. То, что было на ее лице, меня поразило до глубины души. Я не мог смотреть на такую Марию, просто не мог. Мне хотелось забрать всю ее боль себе. Я бы вытерпел все за нее. Я бы вытерпел все в двойном размере, только бы не видеть ее лицо, которое так корчится от боли. Я не знал причин, но намеревался их узнать. Я сделал еще один шаг, Мария немного приподнялась и спрятала незаметно, как она думала, тот листок бумаги, который только что держала в руках. Она попыталась придать лицу то доброе и счастливое выражение, которое обычно не «сползало» с ее лица, но не получилось, попытка провалилась. Я быстро подошел к ней и присел рядом, положив руку ей на коленку, сильно-сильно сжимая. Я поднял на нее глаза, она продолжала молчать.
- Говори. – Не выдержал я. Я внимательно всматривался в родное лицо. Мари никогда не могла спрятать свои эмоции, это было ее одним из лучших и одновременно одним из худших качеств. Она нахмурилась, немного качнув ногой и глубоко вздохнув. – Я вижу, что что-то произошло. – Пытался достучаться до нее я. Она смотрела на меня, уже не пытаясь скрыть эмоции – это было бесполезно. – Чем раньше ты мне расскажешь, тем раньше я смогу тебе помочь.
Ее лицо скривилось, и она заплакала. Нет, не просто заплакала, она зарыдала так, как я никогда в жизни не видел. Слезы так и текли из ее ясных глаз, которые, казалось, потускнели, по нежной коже щек, оставляя влажные дорожки. Ее спина содрогалась от рыданий, она пыталась хватать ртом воздух, а я просто растерянно смотрел на нее, не в силах прекратить ее страдания.
- Покажи мне листок. – Неожиданно сказал я. Она резко вскинула голову, пытаясь понять, откуда я догадался, что именно здесь таится разгадка. Мари начала яростно качать головой, отодвигаясь от меня.
- Нет. – Хрипло сказала она. – Нет.
Я немного подался вперед, принимая свое самое суровое выражение лица.
- Мария.
Она сжалась всем телом, затем покорно протянула мне листок, и стала выжидающе ждать моей реакции, закусив свою пухлую нижнюю губу и сцепив руки в замок.
Я взял этот листок, который был немного влажным от слез Мари, и принялся читать.
«Уж не думала ли ты, девочка, что я оставлю тебя в покое? Надеюсь, ты не настолько глупа, а то наша игра получится не такой уж и интересной. Я хотел бы слышать как можно больше криков о помощи из твоих губ, просьб и мольбы о смерти. Ты хочешь умереть, Мария? Я уверен, что нет. У тебя нет выбора, понимаешь? Как только в твою жизнь вступила нога Зейна Малика, ты была обречена. Без права выбора, без чего-либо еще. И знаешь, кто сможет убить тебя? Ты сама, крошка. Ты сама. Ты разрушишь себя сама, тем самым облегчив мне задачу. Зейну привет. Я еще напишу. P.s. тебе следовало бы закрывать свои двери, а то мало ли что… »
Я не мог поверить в то, что только что прочитал. Это было похоже на какой-то фильм ужасов, который никто не заказывал. В голове была только одна мысль, которая настойчиво трезвонила в колокола: Защитить, защитить, защитить.
Но кому понадобилась Мария? Все это казалось неудачной шуткой, розыгрышем. Но никто не собирался выходить из убежища и говорить мне о подставе. Сейчас это было реальным, как это ощущение бумаги, которая, казалось, плавилась у меня в руках.
Я поднял тяжелый взгляд на Марию, она продолжала кусать губы, редко всхлипывая.
- Тебе еще приходили эти записки? – Серьезно спросил ее я, хотя знал ответ. Было очевидно, что этот Аноним уже писал ей. В подтверждение моих слов она кивнула, все еще не сводя глаз с меня. – Почему я узнаю об этом только сейчас, Мария? – Мне действительно было не понятна ее скрытность в этой ситуации. Или она думала, что я не смогу помочь ей? Но с чего? Меня знает весь мир, за мной следят весь день и всю ночь. И найти какого-то ублюдка, который нарушает ее спокойствие, для меня было бы, я думаю, не слишком сложно. Я повторил свой вопрос. – Почему?
- Я не хотела, чтобы ты волновался. – Она потупила взгляд. – Я думала, что это чья-то глупая шутка, может, это кто-то узнал о нас с тобой, ведь мы не объявляли нас с тобой, как пару. Может, кто-то из фанаток догадался и теперь хочет меня затравить. Очень умно, знаешь. Знают, на что надо давить в моем случае, правда? – Она попыталась улыбнуться. Но я не видел в этой ситуации ничего хорошего. Действительно. Именно это было самой сильной слабостью в Марии – травля; когда люди ненавидят ее; когда люди говорят о ней плохое. Она не могла принять этого своей невинной душой, ведь по отношению к другим она никогда не испытывала ненависти или же неприязни. В такое сложно поверить, но это было так, и этого не изменить, как бы ты ни хотел.
Я скомкал в комок эту злосчастную бумажку и бросил ее в сторону, параллельно доставая телефон из кармана. Мари молча наблюдала за мной.
- Кому ты собрался звонить? – Спросила она тихо, что я почти еле расслышал.
- Парням, телевидению, президенту, Саймону. Тебе нужна охрана. – Я говорил короткими предложениями. – Прямо сейчас я позвоню на телевидение, и мы объявим о наших отношениях. – Честно говоря, до сих пор не мог понять, почему за эти 4 месяца никому и в голову не пришло, что мы встречаемся. Ни одного заголовка на эту тему не было напечатано, ни одной статьи. Я бы и дальше продолжал хранить молчание, нас устраивал такой расклад вещей. Но теперь все перевернулось, все в полнейшем беспорядке. Теперь Мари нуждалась в защите, и никто, как папарацци, которые ходят за тобой попятам везде, чуть ли не в туалет, пытаясь достать снимки звезды, никто лучше их не мог быть с человеком 24 часа в сутки в таких местах, в которых, казалось, их не должно быть вовсе. Мари всегда будет под «прицелом» камер, она всегда будет на виду. Это защитит ее. Я еще раз бросил взгляд на мою девочку, пытаясь держать себя в руках.
- Все будет хорошо. - Говорил я, скорее для себя, чем для нее. Мари подняла на меня свои зеленые глаза, которые сверкнули еще одной «партией» слез.
- Будет.
Птица поет в моей голове
И мне повторяет, что я люблю,
И мне повторяет, что я любим,
Птица с мотивом нудным.
Я убью ее завтра утром.
(c) Жак Превер
Пишите, пожалуйста, отзывы, это ведь стимул работать дальше! Как хотите: реблогом, личным сообщением, на фс, на некто.ме или в комментарии. Я люблю вас, котики :3
-1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11-12-13-14-15-16-17-18-19-20-21-22-23-
Приятного чтения :)
Глава 26.
\От лица Зейна\
Я очень быстро добрался до дома Эшли и чуть не выломал входную дверь, думая, что она заперта. Ей же лучше, что она была открыта, потому что я не намеревался медлить. Ни секунды. В то же время меня очень насторожило то, что она не заперта. Какого хрена?
- Эшли! – Начал звать я ее, быстро бегая по всей квартире. – Черт подери, где ты?! – Казалось, я сейчас сорвусь и перебью здесь все. Все, что находится в этой чертовой квартире. Я заглядывал под подушки, под диван, в кухонные шкафчики, как будто она могла быть там. Я остановился посреди комнаты и схватил себя за голову. Так соберись, думай, где она может быть. Где... Где.… Где…
- Ааа. – Простонал я. То ли от свалившегося с плеч груза и надежды на то, что она была на втором этаже, то ли от беспокойства и усталости. И почему я забыл про него? – Эшли! – Начал кричать я, быстро взбираясь по этой чертовой лестнице и моля всех Богов, чтобы она оказалась наверху. ЦЕЛОЙ. – Эшли!
Я забежал в ее комнату, думая о том, что единственной комнатой, в которой я еще не был, была ванная. Дрожащей рукой я дотронулся до двери, чувствуя, что сейчас увижу нечто страшное. Нечто ужасное, что опять разобьет меня и мою душу вдребезги. Медленно я толкнул дверь и увидел ее.
Эшли лежала в ванне неподвижно. Я судорожно выдохнул, думая о том, что опять я не успел, опять.… И вдруг она двинулась, сладко потягиваясь и вытаскивая из ушей наушники. Эшли протерла глаза и повернулась в мою сторону, медленно понимая, что я стою и лицезрею на ее голое тело. Ее брови поползли вверх, она уже открыла рот, собираясь что-то сказать, но я пришел в себя и, опережая ее, уже собирался сказать ей «пару ласковых».
- Эшли, ты хоть понимаешь, что я чуть с ума не сошел? – Злость накрывала меня, и даже ее голое тело не могло отвлечь меня. Я кинул ей большое полотенце, чтобы она не была сконфужена. Эшли ловко его поймала и прикрылась, все еще непонимающе смотря на меня. – Я думал… Я думал, что это все, это конец! – Я зло посмотрел на нее, она сжалась. Ярость захватила мою кровь, я перешел на крик. – Почему так сложно, мать твою, взять свой гребаный телефон и отвечать на мои звонки?! Я уже не надеялся найти тебя. А даже если бы и смог, то приготовился собирать твое тело по кускам.
Лицо Эшли стало испуганным, она решила не молчать.
- О чем ты говоришь, Зейн? Что значат все твои слова? – Она затянула полотенце потуже не теле.
- Эшли, если ты еще раз не возьмешь эту хренову трубку, я клянусь… - Я не ответил на ее вопрос.
- Что тогда, Зейн? – Она выбралась из ванны. – Почему ты так реагируешь на эту ситуацию, Боже мой! Я очень часто ложусь в ванну, включаю плеер «на полную», и засыпаю. Телефон я наверняка оставила на первом этаже. А твоя реакция мне не понятна. – Она злилась. – Ну, давай! Договаривай! Убьешь меня? Ударишь? Что ты сделаешь?
Я хмуро смотрел на нее. Было такое ощущение, что вся злость и ярость из моего тела перешли в ее. И теперь не в себе была она. Я оторвался от стенки, на которую облокачивался, подошел к ней под ее пристальным взглядом, и крепко сжал в объятьях. Она не сопротивлялась. Я шумно выдохнул, водя руками по ее немного влажным волосам.
- Я просто рад, что с тобой все в порядке. – Она уже хотела спросить, что должно было случиться. Но я знаком показал, что вопрос закрыт, и все нормально. Она поморщилась. Конечно. Моя девочка не любила, когда она не знала чего-то. Но.… Не в этот раз, милая. Не в этот раз.
- Ты такой грозный, когда злишься. Сексуальный и одновременно пугающий. – Прошептала Эшли, отрываясь от меня.
Я смотрел в ее глаза и не мог насладиться. Еще одна солнечная девочка. И она моя. Никто не сможет отнять ее у меня, ни один хренов ублюдок. Я сжал челюсть. Эшли заметила мое напряжение и провела рукой по моей щеке.
- Хочешь кофе? – Она всегда знала, что мне нужно сейчас. Я улыбнулся, чувствуя, как все мои мышцы расслабляются. – Сейчас. Только оденусь. – Эшли резко скинула полотенце и с невозмутимым видом пошла в комнату, попутно хватая трусики-шортики и легкий длинный топик, похожий на платье из шифона.
Я застонал.
- Ах ты ж Господи, Эшли. Опять ты начинаешь эти игры? Я на кухню. – Я не очень-то старался прикрыть рукой глаза, делая это скорее для вида, нежели для того, чтобы не видеть ее тела. Моя девочка ухмыльнулась и быстро натянула на себя одежду. Быстро передвигая своими стройными ножками, она прошла мимо меня, но потом обернулась.
- Ты идешь? – Невинное выражение лица перешло в ухмыляющееся. – Кофе сам не приготовится. – Она рассмеялась. – Господи, какая же я юморная! – Эшли весело сверкнула глазами и побежала вниз по лестнице.
Мысленно благодаря небеса за все, что произошло и не произошло сегодня, я запоздало рассмеялся и побежал вниз.
- И не надейся, что заваривать кофе буду я! Не в этой жизни!
- Посмотрим! – И, услышав смех моей солнечной девочки, я почувствовал, что счастлив, несмотря на все и вопреки всему.
Рут: Единственная вещь, которая хуже одиночества, это когда другие люди знают, что ты одинок.
Нейтан: Никто не хочет выглядеть мудилой.
-1х02-
Нейтан: Привет.
Рут: Спасибо.
Нейтан: Так ты из персонала или просто так?
Рут: Я волонтерша.
Нейтан: Волонтерша? Мне это нравится!
Рут: Поэтому тебя отправили на исправительные работы?
Нейтан: Может быть. Может быть. Хотя я сюда пришел бы в любом случае. Ну, знаешь, помогать.
-1х02-
Келли: А почему он голый?
Алиша: Очевидно, он какой-то извращенец. Или пидр.
Кертис: И как это связано?
Алиша: Наверняка он торговал своей жопой. Они такое дерьмо любят.
Кертис: Аа, так ты гомофобка. Не начинай.
Келли: Может он насильник, их здесь дохренища.
Саймон: А может он оборотень?
Нейтан: Вот пиздюк.
-1х02-
- Мне нужно поговорить с кем-нибудь. Нет, не просто с кем-нибудь. С тобой.
Слов нет.
